РАНЕЕ В СЕРИАЛЕ Минут через 90 ты получишь сообщение и сразу помчишься на работу.
Я лишь подтверждаю свою надёжность.
Для чего вам нужно моё доверие?
Значит, вы из АНБ?
Именно.
Что, если я скажу, что бен Ладен не единственный наш сюжет за сегодня?
Нужно спросить "Чайную партию" о предельной величине долга.
Осознаёте ли вы последствия,
глобальные последствия для всего мира,
в случае дефолта США из-за невозврата кредитов?
Я вас совсем не слышу.
Маккензи Макхейл и Уилл Макэвой раньше встречались.
Спроси меня, откуда я знаю, что они встречались,
это сногсшибательная история. - Имейл.
Всем сотрудникам АУМ Маккензи Макхейл разослала имейл
с сообщением, что она изменяла Уиллу. - Поехали дальше.
Либо он умерит пыл, либо я его уволю.
И ты готова на это пойти?
The Newsroom s01e08 The Blackout, Part 1. Tragedy Porn / Затемнение, Часть I - Порнотрагедия
Я знаю с десяток репортёров, которых ты тоже знаешь,
они сказали, что уговаривали тебя на эту статью
почти год, но безуспешно.
Да, я не тащусь от интервью для печати.
Журналисты-печатники играют по-быстрому и проигрывают с восклицательными знаками.
"Я люблю новости" становится "Я Люблю Новости!".
Я оказываюсь припадочным.
- Почему именно сейчас? - А?
Почему ты согласился на статью сейчас?
- У тебя, случаем, нет сигареты? - Нет.
Почему сейчас? - А, вот они.
Зачем оно тебе сейчас?
Мне нужно некое свидетельство того, чем мы здесь занимаемся.
Как последние дни Камелота, когда король
отправляет мальчонку бегать по деревням в тылу
и рассказывать людям о... ну сам знаешь.
- Камелот. - Ага.
Я спрашиваю, почему ты позвал меня.
Несмотря на возникшие в последнее время трудности
ты пишешь о СМИ лучше всех.
А ты не разучился говорить комплименты и оскорблять одновременно.
Спасибо. Ценю.
Но я не собирался никого оскорблять, Брайан.
Твоя жизнь - общественно-политические журналы,
а общественно-политические журналы уже... - Я знаю.
Не такие толстые, как были раньше.
О каком уровне доступа идет речь?
Вот что я предлагаю. Ты покрутишься здесь несколько дней,
поговоришь с кем захочешь, но всё это неофициально.
- Даже второстепенные детали. - И что мне это даст?
Если меня всё устроит, приступим.
Но я всё равно говорю тебе, что можно использовать
из собранного на испытательном сроке.
- Ты приглашаешь меня на пробы? - Ага.
И зачем мне это нужно?
Есть несколько причин.
Четыре года назад ты был в выходных данных "Ньюсвика",
выдавал по десять статей номера в год
а утром каждого воскресенья светился на ТВ.
А сегодня у тебя блог.
Ты - убогое позорище в интернете...
Которое сравнится только с твоим убогим позорищем в интернете.
Ты взял отступные, когда "Ньюсвик" продали ИАС,
и закатал деньги в старт-ап, думая, что делаешь новый "Хаффингтон Пост".
И чем всё закончилось?
Мы объявили о банкротстве.
Журналы "Сандей Таймс", "Вэнити Фэйр",
"GQ", "Нью Рипаблик", "Атлантик"...
Все предложили свою обложку, а я выбираю автора.
Я выбрал "New York Magazine" и тебя.
Так что, ты согласен на пробы?
Ты готов поговорить о своих республиканских взглядах?
Ты так это сказал, будто у меня полиомиелит.
Ты готов поговорить о своём полиомиелите?
Я вырос в городе, находящемся за городом, находящимся за Линкольном в Небраске.
Моим родным городом была дорога.
Я в колледж успел поступить, пока встретил живого демократа.
Что насчёт нашей истории?
Брайан, проблема тогда заключалась в том,
что я был умеренным, здравомыслящим республиканцем,
который боялся высказать своё мнение, чтобы не потерять зрителя.
Так же как и умеренные, здравомыслящие республиканцы на Холме
боятся высказать своё мнение, чтобы не потерять избирателя на праймериз.
Я делал вечернюю программку и просто из кожи лез, лишь бы новости не сообщать.
А потом появилась Маккензи Макхейл,
и я набросился на собственную партию
за то, что она не даёт отпор своим врагам.
Ты ведь этого от меня добивался, когда обозвал трусом?
Да, но я не об этом говорю,
и ты прекрасно это знаешь, поэтому прекрати мне парить мозги.
Одним предложением мимоходом во втором абзаце.
"Всё начистоту: я был другом Маккензи Макхейл
с конца девяностых". - А про тебя?
Письмо получили 178000 человек,
о нём сообщили в нашем утреннем шоу.
Это всё, что тебе известно, и это всё, о чём ты сообщишь.
Я не против. Но это последний раз,
когда ты мне говоришь, о чём мне писать, а о чём нет.
- Я не твой стенографист. - Так мы договорились?
Да, а зачем тебе нужно, чтобы кто-то бегал от деревни к деревне?
Что-то неладно в Камелоте?
Возможно.
Сначала ты должен проникнуться нашей философией.
Потусуйся пока, мы поговорим позже. Мне пора на встречу с Ризом Ленсингом.
Касательно чего?
Временного отказа от нашей философии.
Был рад снова повидаться, Брайан.
Он придёт с минуты на минуту.
Извините, опоздал.
Ладно, я не буду вам говорить, что давать в эфир.
Ты не имеешь права говорить нам, что давать в эфир.
Тогда я просто изложу факты.
В последнюю неделю вас ободрали. Попросту вырубили.
- Дело в Кейси Энтони. - Постойте-ка, секундочку. Да она права!
- Мы знали, что слегка потеряем в рейтинге. - Ничего себе слегка.
Позвольте мне изложить факты, а потом уже сами делайте выводы.
Среднее количество зрителей у Нэнси Грейс на HLN 283 тысячи.
У её соперника по временному слоту - "Вечерних новостей" -
в среднем 960 тысяч.
Неделю назад HLN начали освещать суд над Кейси Энтони,
и аудитория Нэнси выросла до 1,5 миллиона зрителей,
в то время как аудитория "Вечерних новостей" упала до 460 тысяч,
что отбросило вас со 2 на 5 место всего за каких-то пять дней.
Подвиг, который как я раньше думал,
под силу только "Нью-Йорк Метс".
Кто решил не освещать суд над Кейси Энтони?
- Я решил. - Я решил. - Я решила.
Я думаю, вам троим стоит сыграть в водевиле.
Я не шучу. Я, блядь, пошлю вас в турне.
Это она.
Маккензи, я никогда ещё так ясно не видел, почему зрители ушли,
куда они ушли и почему.
Ты "почему" сказал два раза.
Ты выбрала для работы не ПБС.
Ты выбрала для работы не НПР. Ты обязана поддерживать рейтинг.
Нет, это ты обязан поддерживать рейтинг.
Ты имеешь дело с рекламодателями.
Я имею дело со зрителями.
Ты только что загубила своё дело.
На этом всё.
Делайте с этой информацией, что хотите.
Эта психопатка-официантка меня не повалит.
Вот именно, мы просто продолжим свою игру, выждем и просто...
Сколько может продолжаться суд?
Я видел список свидетелей. Он будет идти около шести недель,
плюс заключительные выступления и решение присяжные.
- Мы не доживём. - Именно, значит...
Подожди, когда ты сказал, что нас не повалит
эта психопатка-официантка,
ты имел в виду, что мы не уступим или уступим?
- Вы будете освещать суд над Кейси Энтони. - Да фигушки.
У нас есть три выходных дня, чтобы всё подготовить.
- Чарли. - Со вторника вы будете начинать с неё главный блок.
Дайте ей 15 минут и пятиминутный обзор во вторые полчаса.
Серьёзно, я не могу понять, шутишь ты или...
- Ты слышала цифры? - Да.
Половина нашей аудитории сменила канал за неделю.
- Я понимаю. - Понимаешь?
- Понимаю ли я цифры? - Понимаешь ли ты, что это беспрецедентно?
Я не стану с тобой спорить, когда это может сделать Уилл.
Он на это никогда не пойдет. Скажи ему.
Пусть маркетинг делает промо всего этого дерьма Кейси Энтони.
О боже.
Переименуй в "Новости Кейси Энтони" с Кейси Энтони.
- Уилл, погоди. - Прямо сейчас на канале Кейси Энтони.
- Мак. - Потому что я через секунду проснусь
и окажусь в комнате с Доном Кихотом, несущим культуру в массы.
- Послушай. - Нет. Сколько выпивки тебе выплеснули в лицо
из-за твоего убеждения, что люди не должны смотреть
"Реальных придурков из Сауз Бич" или как там эта хрень называется?
- Это не одно и то же. - Это в точности одно и то же.
Только хуже. Малышка погибла.
Неуравновешенная молодая мать то ли убила её, то ли нет.
Её родители ждут решения, всадят ли в их дочь иглу.
Так что спасибо, боженька, за телик, иначе мы не смогли бы сидеть...
- Это новости. - Ага, произнеси это три раза и щёлкни каблучками.
Это развлечение.
И это то же снафф-видео, только в профиль.
- Сядь, Мак. - Нет, я не хочу садиться.
- Всё равно сядь, пожалуйста. - 15 минут - это четверть программы.
- Мак. - И пятиминутный обзор в конце?
Пожалуйста, сядь!
- Думаешь, мне это нравится? - Знаю, что нет.
Меня от этого тошнит. Во всём Кентукки не хватит бурбона.
Понятно? Мы в этом заодно.
Значит, давайте будем в этом заодно.
У нас и раньше падал рейтинг.
Во-первых, не так. Такого и близко не было.
Во-вторых, я хочу вести дебаты. Мы обсуждали формат дебатов
месяцами, но мы не сможем их провести, если нам дебаты не дадут.
- Я просто вправду... - А нам дебаты не дадут
если мы будем на 5 месте. А я хочу дебаты.
Я хочу в корне поменять манеру
брать интервью у кандидатов в президенты.
И если это значит, что надо стать Джерри Спрингером
на несколько недель, я готов уплатить эту цену.
Когда дела идут худо, вы показываете характер.
Тогда держись своих принципов, Мак, но знай,
такое падение рейтингов - это всё, что нужно Леоне,
чтобы уволить Уилла без объяснений.
- Ладно. - Делай со всем присущим тебе стилем.
Заставлю Уилла надеть цилиндр и монокль,
пока он будет показывать конкурс мокрых футболок.
Извини за эту вспышку.
Ага, уверен, это исключительно из-за Кейси Энтони.
- Как всё прошло? - Он берётся.
Тогда ему придётся открыть, что мы были...
Я сказал ему: одним предложением мимоходом во втором абзаце.
И на этом всё.
Ему нужно снова засветиться в тяжеловесах, Мак.
Он не будет писать о личном. Не беспокойся.
Марроу сделал "Лицом к лицу".
Интервью со знаменитостями. Это был уговор с Пэйли.
Один - для них, один - для него.
Он брал интервью у Либераче, Мак,
чтобы только добраться до Маккарти.
Там была джинса. А это отрава.
Если уж мы идём на это, давай не будем притворяться.
- Джим Харпер. - Привет.
- Брайан Бреннер. - Я знаю.
Не был уверен, что ты вспомнишь. Несколько лет прошло.
Конечно. Рад тебя видеть.
Ты смотришь сайт "Большое Правительство"?
- Да. - Только не говори,
что Эндрю Брайтбарт делает аналитику для вашего шоу.
Нет, у нас в конце следующей недели имитация дебатов.
- Имитация дебатов? - Уилл может стать ведущим дебатов РНС,
и у них с Мак есть идея нового формата.
Мы хотим его показать, поэтому каждый из нас играет кандидата,
и мы устроим имитацию дебатов с Мишель Бакман, отсюда...
- Эндрю Брайтбарт. - Да.
Расскажи мне об этом новом формате дебатов, который вы придумали.
Знаешь, я не уверен, что могу об этом говорить.
Ты не против подождать, пока я не получу указания?
- Конечно. - Спасибо.
Привет.
- Привет. - Я услышала, что ты здесь.
Не уезжаешь из города на выходные?
- Нет, а ты? - Ага.
Еду на научную конференцию под Балтимором.
В Институт финансовых исследований и экономического роста.
Будет просто рейк. - Кажется, это называется брейк.
- Ты уверена? - Нет.
Это либо рейв, либо рейк, либо брейк.
Сомневаюсь, что в Институте финансовых исследований будет хоть что-то подобное.
Так вот, я забежала тебя предупредить.
Мне понадобится пара дополнительных минут во вторник.
Не думаю, что смогу их тебе выделить.
Палата представителей будет голосовать по порогу долга.
- Голосование для вида, но... - Если голосование для вида, зачем...
Это новость, потому что, во-первых, впервые в истории
палата представителей допустит дефолт США.
Но кроме того, это будет первым выстрелом
в начале отчаянной,
и очень опасной партизанской войны, которая может закончиться катастрофой.
Я тебе объясню. - Я не могу дать тебе время.
- Если Конгресс не поднимет... - Я не могу дать тебе дополнительное время.
Начиная со вторника мы освещаем дело Кейси Энтони.
- А я так радовалась тому, что мы этого не делали. - Я тоже этому радовалась.
Втиснув голосование по порогу долга в главный блок, мы бы послали...
Я не могу, Слоан. Мы потеряли половину аудитории за последнюю неделю.
И это не преувеличение. Это реальная цифра.
- Половина нашей аудитории ушла на HLN. - Половина?
Если не вернём их на этой неделе, большинство для нас потеряно навсегда,
и мы можем остаться без дебатов.
Кензи, я не пытаюсь выбить себе больше эфира.
Это невероятно важно...
У меня было 42,5 минуты для работы.
Теперь у меня 22,5.
И ты уже знаешь, как распределишь эти 22,5?
Ты знаешь, что такое новости во вторник?
Мы хотим получить дебаты. Такова цена.
Вон ребята готовятся вечером в пятницу из трёх наших выходных.
- Ладно, следующий вопрос. - Конгрессмен Бакман,
вы сторонник реформ в области социального страхования и здравоохранения.
Вы можете вкратце описать реформы, как вы их представляете?
Я начну с сокращения льгот для всех, кроме текущих получателей,
как части программы по сокращению федерального дефицита.
Я хотела бы добавить, что президент Обама уже перевёл
более $500 миллиардов из программы Медикеа в Обамакеа
которую я отменю в первый же день пребывания на посту.
Мисс Бакман, а вы в курсе, что президент не имеет права отменять законы?
Я, Джим, в курсе этого, но...
Где ты берёшь цитаты?
На сайте "Большое Правительство". Вот она.
Что?
Взломали твиттер Энтони Винера.
- Можно, я расскажу, как сделать лимонад из лимонов? - Конечно.
Сначала выжимаешь сок из лимонов. Потом добавляешь сахар и воду.
Но если ты не догнала шутку, я просто скажу то, что собиралась.
История Кейси Энтони в действительности даёт нам возможность показать,
насколько важен порог долга, если мы начнём
с порога долга, а не с Кейси Энтони.
Когда ты должна ехать на свой рейк?
- У меня полно времени. - Теа, можно мне ещё?
- Да. - Эй, а что там с Брайаном Бреннером?
Я его много лет читала его, но не знала, как он выглядит.
Симпатичный. - Ага.
- Холостой? - Да.
- Интересуешься? - Нет.
Это осуждение до начала расследования.
Это осуждение после тщательного расследования.
- Ты с ним встречалась? - Да.
- Когда? - Где-то шесть лет назад.
Это... подожди.
Это же... - Да.
Шесть лет назад ты встречалась с парнем, с которым встречалась до Уилла.
Ага.
- Но это же... - О господи, Слоан.
Я будто в стране, где время остановилось.
Брайан Бреннер - это парень, с которым я изменяла Уиллу.
Я уже год встречалась с Уиллом, а тут мне опять начал звонить Брайан.
- Ух ты. - Ага.
- А почему тогда он пишет статью? - Брайан?
- Да. - Ему нужна статья на обложке.
А почему Уилл решил, что писать будет Брайан?
Абсолютно справедливый вопрос, на который у меня нет ответа.
Как у вас всё запущено.
Послушай, я сделаю всё возможное, чтобы выбить тебе время.
Будем надеяться, что мне не придётся впихивать ещё какую-нибудь хрень
в 22 минуты моего Комического Театра Мимолётной Информации.
Энтони Винер случайно разослал
снимок своей промежности 40000 подписчиков.
ВТОРНИК И я не считаю это преступлением,
но люди интересуются, и я, кажется, их понимаю.
Если уж фамилия совпадает с названием венской сосиски...
Вы когда-нибудь снимали себя в таком виде?
Могу вам сказать, что есть...
У меня есть кое-какие фотографии.
Я не знаю, какие ещё мои фото бродят по миру.
Я не знаю, что на них пририсовали или как обработали.
И мы постараемся выяснить, как это вышло.
Это совершенно необходимо, чтобы убедиться...
Вайнер. Это Макэвой. Позвони мне. Так ты себя похоронишь.
Выбор прост, делать что-то или не делать.
Если не делать, зрители переметнутся к тому, который делает.
И о чём будет репортаж?
О том, что его ответы никуда не годятся?
- Не знаю. Дай 3 минуты. - И что ты скажешь?
Не знаю. Но если промолчать, создастся впечатление, что я покрываю либерала.
С каких это пор нас заботит не суть происходящего, а вид?
Репортажам о "Чайной партии" не поверят, если мы их не уровняем.
Уилл, ты же сам говорил, что подобной уравниловке
нет места в журналистике.
Говорить об одной партии только потому, что сказали о другой - чушь собачья.
А непристойность - это не шашни с госдолгом США.
Когда в пятницу придут люди от РНС, они с тобой не согласятся.
А ты объяснишь, что нам нет дела до его фото.
Нас волнует, как он голосует. - И они сразу всё поймут, дадут нам дебаты,
согласятся на новый формат, а потом мы все пойдём пить молочные коктейли.
3 минуты во второй половине, после Кейси Энтони.
Ладно.
Может показаться, что это будет интересно
только 300 000 человек в Квинсе, но раз речь идёт о сексе,
мы не можем отрицать его государственную важность.
Особенно с учётом того, что у нас нет никаких фактов.
3 минуты. Полагаю, тебе понадобятся эти фотографии.
Не скучайте.
Как же мне знаком этот тон.
Полагаю, тебе тоже. - А то.
Ты нападаешь на "Чайную партию" больше, чем кто-либо ещё.
- Уж точно больше республиканцев. - Неправда.
Дэвид Фрам, Марк Маккиннон, Алан Симпсон,
Стив Шмидт, Эндрю Салливан.
Но никто из них не работает на Леону Ленсинг.
Не знаю. Мне кажется, все работают на Леону Ленсинг.
Вряд ли она в восторге, что ты наезжаешь на людей, нужных АУМ на Холме.
Вообще-то я не эксперт в том, что делает Леону счастливой, а что - нет.
Она когда-нибудь просила тебя сбавить обороты?
Я не буду делать за тебя твою работу, Брайан.
Я сам делаю свою работу. Поэтому и задаю тебе вопросы.
Под запись или без, я не буду обсуждать ни Леону, ни Риза Ленсингов.
- Она хочет тебя уволить? - Если бы хотела, меня бы уже уволили.
Всё, что ей для этого нужно - выкупить мой контракт,
и на это хватит денег, лежащих у неё в тумбочке.
Но тогда ей бы пришлось объяснять увольнение
второго по популярности ведущего на канале,
а это она не сможет сделать.
А то, что статьи о тебе появились в таблоидах
сразу после выборов - это случайность?
Не знаю.
Не думаешь, что она использует собственный таблоид,
чтобы сфабриковать причину твоего увольнения?
Это был бы умный ход.
И конечно, если ты потерял половину аудитории
потому что снобы не интересуются делом Кейси Энтони,
ей даже не пришлось бы прилагать особых усилий.
Увольнение ведущего, потерявшего половину аудитории - не беспричинно,
если ты об этом спрашиваешь.
Не об этом, и ты это знаешь.
Хочешь, чтобы я написал эту статью, а ты как бы ни при чём.
АУМ приходится иметь дело с конгрессом, а ты усложняешь эту задачу.
Леона хочет тебя уволить, но не может, пока не сумеет объяснить это.
Она надеется, что очерки в таблоидах сделают своё дело,
или что твой рейтинг рухнет.
Если я неправ - скажи что-нибудь, если прав - промолчи.
Если что, я бы тоже уступил.
Серьёзный журналист не согласился бы на условия, которые я поставил в пятницу.
Если что, ты уже уступил.
Готов ответить на вопросы о бюллетене?
- Я его не читал. - Репетиция дебатов в пятницу.
Нет, я сейчас в роли Рона Пола. Я его не писал.
Я его не читал. Я о нём не слышал.
На нём моё имя. Он приносит мне деньги.
На собрании Ку-Клукс-Клана ему устроят бурную овацию,
но вы не должны меня о нём спрашивать.
- Нужен ответ получше. - Это ему нужен ответ получше.
Я бы вот с какого вопроса начала.
- Конгрессмен Бакман. - Да?
Вы говорили, что это Бог послал вас на президентские выборы.
- Прошу, я не... - Это правда?
Вы неоднократно говорили, что это Бог послал вас участвовать в выборах.
У меня есть несколько клипов на случай, если вам нужно освежить память.
- Нет, моя память в порядке. - Я задаю вопрос.
- Хорошо. - На что похож голос Бога?
Я совершенно серьёзна.
Она говорит, что Бог обращается к ней напрямую.
Почему это не первый вопрос, заданный в дебатах?
Почему он не стал единственным вопросом?
Так на что похож Его голос?
Что Он сказал дословно?
Он говорил на иврите? Аккадском? Суахили или банту?
И с медицинской точки зрения, вы раньше слышали голоса?
Она провозглашает себя пророком.
Весь мир замер на краешках своих стульев.
Как мы можем не задать этот вопрос первым?
Для начала можно перестать указывать на меня и говорить "она" и "её"?
Это твоё решение - играть женскую роль.
Но ответь, почему ты считаешь этот вопрос недопустимым.
Потому что так трудно показать серьёзность намерений
и так очень легко оскорбить людей.
- Каких людей? - Христиан. 83% населения страны.
Я одна из них. И она оскорбляет меня.
Пожалуйста, перестань указывать на меня, когда ты...
Спокойно, Джей Эдгар. Она оскорбляет меня,
она оскорбляет мою семью, мою общину,
и она оскорбляет мою веру.
Она полагает, что христиане - имбецилы,
которые поверят во что угодно, если низвести Бога
до политического наёмника, рекомендующего кандидатов.
Может, я ошибаюсь. Может, это первый случай с времён Моисея,
когда Бог даёт прямые указания кому-то, кроме Его сына.
Но если так, думаю, мы должны разобраться с этим до конца.
Нам не дадут проводить дебаты, если мы будем высмеивать кандидатов.
Смысл нового формата дебатов
в том, чтобы заставить кандидатов говорить правду
и заставить их отвечать за свои слова,
задавая вопросы сложнее, чем в анкете на сайте знакомств.
Если она знает, чего хочет Бог, я проголосую за неё.
А если не знает, пусть прекратит это говорить.
Я не нападаю на христиан. Я их защищаю.
- Ладно. - Минутку.
- Что? - Я защищаю десятки миллионов христиан,
которые устали от того, что их изображают...
Это же "кража личности"!
Вот оно. Это то, что я искала.
Думаю, вы все уже в курсе, что начиная с этого вечера
мы освещаем дело Кейси Энтони.
Кого-то это не устраивает?
Понятно. Почти полмиллиона наших зрителей
на прошлой неделе ушли к Нэнси Грейс.
Кого-то это по-прежнему не устраивает?
Придётся избавиться от нескольких сюжетов, чтобы освободить место.
"Сильнейшее сопротивление сената в истории США".
Это доклад "Альянса за правосудие".
Сенат утвердил судей, назначенных Обамой, меньше,
чем другие составы сената с другими президентами.
Ни к чему об этом беспокоиться.
"Катастрофа с рабочими местами, нужны новые стимулы".
Конгресс обещал рабочие места, но они сосредоточены на госдолге.
Согласно данным АДП платёжные ведомости...
Я только что решила проблему безработицы.
"Профсоюзы невзлюбили Обаму".
Аналитик даст оценку
отношениям Обамы и профсоюзов.
А завтра профсоюзы будут его по-прежнему не любить?
- Не знаю. - Давайте выясним.
Чтобы провести ускоренный курс
по использованию этой трагедии для расширения границ того,
что может быть названо развлечением,
я призвала на помощь мастера тёмных искусств.
Меня вызывали?
- Спасибо. - Забудьте всё, что вы знали о новостях.
Есть. Что дальше?
Я Чарли Скиннер.
Рад встрече.
Мне присесть здесь?
Конечно.
Мне называть вас "мистер Хэнкок"?
Шнайдер.
- Шнайдер? - Эзра Шнайдер.
Чёрт, да сколько у вас псевдонимов?
Прошу прощения?
Вы "Опоздавший к обеду"?
Мистер, я не понимаю о чём вы говорите.
Чарли.
Вам это должно было показаться странным.
Отличную историю потом расскажете.
"Опоздавший к обеду"?
- Соломон Хэнкок. - Чарли Скиннер.
Я из-за гвоздики подумал, что он...
Мы что-то говорили о гвоздике?
Нет, но обычно это международный знак...
Неважно.
Я человек занятой, и если вы просто тратите моё время...
Вы не могли бы достать аккумулятор из своего мобильного?
Стены в Нью-Йоркской публичной библиотеке толщиной почти метр.
Поэтому мы здесь и встречаемся. Но я бы хотел,
чтобы вы достали аккумулятор из своего мобильного.
У вас есть основания полагать, что за нами следят?
За всеми следят. Если есть мобильный телефон...
От таких разговоров мне...
Разве первого мая я не доказал, что мне можно верить?
Вы точно предсказали, что нас всех ждёт работа.
Иногда в АНБ мы загружаем троян
на смартфоны, чтобы подключиться к микрофону.
Получаете ненужные сообщения?
Постоянно, но только от своего босса.
Держите.
Мне уже никогда не собрать его.
Через полгода выйдет модель получше.
Как необычно для сферы технологий.
Не расскажете немного о себе?
Начинал я со слежки за Советским Тихоокеанским Флотом,
расшифровывал данные радиотехнической разведки для ВМФ.
Но с падением Берлинской Стены моя война закончилась.
Тогда я подался в частный сектор, как и все в девяностые,
но не в интернет-компанию,
решал проблемы сжатия данных для оптоволоконных сетей.
После 11 сентября я решил,
что пора снова послужить обществу, охотясь на злодеев.
Так вы айтишник.
Я занимаю должность помощника замдиректора отдела
технологий, систем, криптологии и математики в АНБ.
Мне придётся...
Я создаю тестирующий софт.
- Для Агентства нацбезопасности? - Так точно.
Расскажете об этом софте?
Это обработка данных.
Один из способов АНБ отследить бен Ладена
да и любого террориста,
заключался в написании кода, который прочешет
миллионы соединений
в поисках иголки в гигантском стоге сена.
Знаете машину, которую Бэтмен использует в "Тёмном рыцаре",
чтобы найти Джокера, а Морган Фримен, узнав об этом,
говорит: "Я ухожу, потому что ни у кого не должно быть столько власти".
- Нет. - Что нет?
- Я не знаю об этой машине. - А она существует.
Мы отдали контракт двум оборонным гигантам,
и я должен был проследить, чтобы продукт выпустили,
и чтобы он работал.
Проект назвали "Глобальная прозрачность",
и он обрабатывает 1,7 миллиардов звонков,
писем и СМСок ежедневно.
- Это легально? - По каким нормам?
- Закона. - Нет.
Речь идёт о множестве незаконных,
несанкционированных прослушиваний американцев.
Уточняю... Вы говорите "несанкционированных",
имея в виду "необоснованных"?
Без санкций. Без ордера.
По закону мы охотимся за террористами,
но боссам так понравилась эта "Глобальная прозрачность",
что АНБ радостно нарушало Четвёртую поправку,
Директиву-18,
и десяток внутренних указаний АНБ насчёт шпионажа за американцами.
Сотрудники прослушивают бывших жён,
перехватывают звонки солдат из-за границы,
выясняют планы кинозвёзд.
Я - первый, кому вы об этом рассказали?
Я вам не Дональд Сазерленд из "Выстрелов в Далласе".
Стойте, секунду назад вы были Морганом Фрименом.
Я свидетельствовал перед Конгрессом
и Генеральным инспектором Пентагона. Не помогло.
Никто на Холме не хочет признавать само существование проекта,
потому что после 11 сентября никто не хочет выглядеть слабаком.
Как в этом замешан АУМ?
"Атлантис Уорлд Медиа" владеет "Атлантис Кэйбл Ньюс".
- Да. - Так же, как журналом ТМИ.
- Да. - Помните дерьмовую историю
с "Новостями Мира" Мёрдока в Лондоне?
ТМИ занимается тем же много лет.
- По чьему указанию? - Не знаю.
Леона Ленсинг в курсе?
- Нет. - Хорошо.
Но зато в курсе её сын.
ТМИ взламывает телефоны и компьютеры,
и Риз Ленсинг об этом знает?
Риз сам отдал приказ.
- Я дам вам... - Постойте.
Нужно это переварить.
Риз Ленсинг - это Джеймс Мёрдок,
но Ленсинг отдал приказ.
Переварили?
Секретная информация?
Да, ведь я просто мечтаю нарушить Акт о шпионаже.
Это всего лишь копии моих показаний
на заседании Подкомитета и в Пентагоне.
Проверьте меня, проверьте материал. Можете не торопиться.
Почему вы их выдаёте?
Я боролся с Советским Союзом.
После того, что их правительство вытворяло с людьми,
это представлялось благородным делом.
После 11 сентября
мы стали делать то же самое.
Не для того я тратил жизнь на борьбу с Советами,
чтобы терпеть подобное в своей стране.
Расскажите про "Глобальную прозрачность".
И после выхода репортажа я дам вам всё, что нужно,
чтобы защититься от Леоны Ленсинг.
Откуда вы знаете, что нам нужна защита от Леоны Ленсинг?
Вы что, меня не слушали? Мы-то слушаем.
Я в жизни не видел никого лучше неё.
Нэнси будет в центре экрана.
В трёх углах в прямом эфире приглашённые эксперты.
- Какие эксперты? - Которые соглашаются с каждым её словом.
- Но основное ваше внима... - Простите.
Это Брайан Бреннер.
Возможно, он напишет статью про нас.
Но пока у нас испытательный срок.
Это всё не под запись.
Продолжай. К чему приковано внимание?
К правому углу, где мы запустим
домашнее видео с малышкой Кейли.
Вопрос. Чёрт. Всё правда так плохо, как говорят?
Это было в память о Кейли.
Но как они объяснят скотч,
которым заклеены нос и рот малышки?
И как они объяснят
всё это мамашкино враньё?
Сейчас они не говорят про татуировку
на спине Кейси, но показывают её во весь экран. Почему?
Потому что Тэсс отвлеклась,
и они сменили кадр на тот, который привлечёт её внимание.
Он прав. Я хотела погуглить ответ на вопрос Мак.
Плюс, тату означает плохую мать.
В Америке невозможно разориться, пока показываешь женщину,
заставляющую других женщин чувствовать своё превосходство.
Огромная гора лжи,
которая в итоге погребёт её под собой.
Если она соврала об этом,
то с чего мне верить в несчастный случай?
Не тратьте время, пытаясь разгадать её намеки.
Редактор выводит на экран скотч и пластиковый мешок,
и кажется, что вы смотрите реальный "CSI Майами".
Оружие можно сделать из вещей,
имеющихся в каждом доме.
Да ещё и сломанная шея.
Как они это объяснят?
Нэнси, этого они объяснить не могут.
Защита делает то, что должна.
Теперь очередь Билла Шифера отрабатывать номер.
Он соглашается с Нэнси. И больше нет смысла на него смотреть.
Посмотрите лучше, какая Кейси милашка.
Она заслуживает большего, чем мать в татуировках.
Она заслуживает...
- Она заслуживает... - Меня.
- Меня.
Тэсс, что Гугл говорит?
Всё даже хуже, чем нам казалось.
Заметьте, как мало в её репортаже говорится о законе.
Если хорошенько подумать, то заметили.
Здесь всё построено на эмоциях.
Она бы и у присяжных слезу выдавила, если бы судья позволил.
Смотрите, что она сделала с записью из зала суда.
Лиз, давай посмотрим запись мамашки
и Джо Баеза на сегодняшнем заседании.
Подсудимая, которой грозит смертная казнь, и её адвокат
обменялись недобрыми взглядами.
Две секунды.
Две секунды, пока Кейси Энтони проходит мимо адвоката...
И она покажет это в замедленном режиме,
и с другого ракурса,
и в обычном режиме, и снова с первоначального ракурса.
- Вам это ничего не напоминает? - Спортивные повторы.
Она, кажется, злится на адвоката.
Именно поэтому она и показала эту сцену несколько раз.
Чтобы дать вам шанс сделать беспочвенные выводы
из совершенно невинного взгляда.
Она, похоже, злится.
Интересно, она спит со своим адвокатом? Наверняка спит.
Интересно, с таким же лицом она убивала Кэйли?
Лучшая программа в мире. Зайду-ка я на страницу Кейси Энтони на Фэйсбуке
узнаю, видели ли друзья Кейси Энтони с Фэйсбука, как Кейси Энтони
посмотрела в стиле Кейси Энтони на адвоката Кейси Энтони.
Ну всё, хватит. Уилл у нас прокурор.
Он может рассказать, что наше правосудие скорее оставит на свободе виновного,
чем посадит в тюрьму невинного.
И всем американцам стоит этим гордится и всячески защищать.
Нет.
Он ни в коем случае не может даже намекнуть,
что зрителям известно не всё, и что она может быть невиновна.
Если уж нам придётся говорить об этом, то сделаем это по-своему.
А какой смысл заморачиваться на всё это,
если мы не сможем вернуть зрителя?
Скромное предложение. Мы можем сами
убить кого-то в прямом эфире.
Подавись, Нэнси Грейс!
А где взять гостей?
Нужно связаться с человеком по имени Дилан Кейген.
Он как Бродвей Дэнни Роуз для таблоидов.
Он что, агент?
Никогда не задавалась вопросом, почему большинство пропавших детей
и убитых студентов остаётся незамеченными,
а некоторые становятся общенациональной сенсацией? - Из-за сексапильности.
Верно, но кто-то же должен найти Лану Тёрнер, сидящую за прилавком в аптеке.
Дилай Кейген прошерстил задворки американского правосудия
в поисках леденящих душу историй.
Он встречался с жертвами, обвиняемыми, присяжными, копами,
со всеми, чью историю можно продать прессе, каналам и студиям.
И вот она на блюдечке с голубой каёмочкой.
Понятно. Это пустим в первой части.
К 2 часам жду результаты.
Во второй части пойдёт Энтони Винер.
Джим, посвяти нас в детали.
Всё, что у нас есть, это фото и Винер, не отвечающий на вопросы.
- Это я знаю. - Не хочешь дождаться...
- Фактов? - Нет, это же сенсация из высшего общества.
Назовём их просто... Блок А и блок Б.
И будут они представлять из себя
лоснящуюся, крепко сбитую мерзость.
Сижу я тут и борюсь с приступами тошноты.
- Я тоже. - Боже ж ты мой.
Пару недель нам придётся кормить страну этой жвачкой.
Ради чего? Ради дебатов, которые мы проведём так,
что ты забудешь обо всех своих этических страданиях.
Это так сложно понять?
А теперь за работу.
А ведь он прав.
"Война с наркотиками проиграна".
Знакомое чувство.
К 2 часам жду результаты.
- Можно тебя на минутку? - Конечно.
- Вы не против, если я тоже... - Да, извини, нет.
Теперь он вряд ли про нас хорошо напишет.
Первого мая, когда убили бен Ладена, в 7:30
мне позвонил аноним и сказал,
что Белый Дом оправит массовую рассылку
всем новостным агентствам через полтора часа,
и, как видим, он оказался прав.
Так он показал свою надёжность.
Его зовут Соломон Хэнкок.
Он из отдела программного обеспечения в АНБ,
и он передал мне стопку документов -
копии его показаний о незаконном наблюдении.
Нам нужно проверить его и эти документы.
На это уйдёт несколько дней, но это не всё.
Что ещё?
Если покажем его сюжет, он даст нам доказательство
того, что ТМИ занимались тем же, что и "Новости Мира".
- Прослушка? - Всех и вся.
- ТМИ занимается прослушкой? - Хэнкок сказал, что у него есть доказательства.
Боже мой. Кто наверху за этим стоит?
Риз.
- Давайте начинать проверку. - Пусть Джим этим займётся.
- Он справится? - Справится, Уилл.
Я научила его делать новости.
Я всех их научила делать новости.
Оставишь нас на минуту?
Уже ухожу.
Почему именно Брайан?
Потому что теперь он мой. Ему нужно интервью на обложку.
Если напишет негативное, его раскритикуют
из-за всей Санта-Барбары между нами.
Ты сейчас врёшь?
- Что-нибудь ещё? - Да.
Слоан говорит, в четверг пройдёт голосование по дефолту,
что приведёт к глобальному экономическому краху.
Мне поставить это до или после Энтони Винера в трусах?
Уверен, ты сама разберёшься.
На сегодня у нас всё.
Завтра вас ждут главные подробности
седьмого дня суда и Юрий Мелич -
первый полицейский, допросивший Кейси Энтони в 2008.
А сейчас Терри Смит из Вашингтона
с "Вестником Капитолия". Я - Уилл Макэвой.
Доброй ночи.
Уилл Макэвой, ваш выбор для освещения дела Кейси Энтони.
- Они вернулись домой. - Правда?
Всё это было не зря.
150 тысяч зрителей вернулись.
От 25 до 54, почти все - женщины.
А это реклама тостеров, мебели, еды, одежды,
детской одежды, мест отдыха.
Теперь мы на плаву, так что не останавливайтесь.
- Не будем. - А что насчёт этой жары?
- Ну да. - 9 утра, а уже 30 градусов.
Будет 37. Это побьёт даже рекорд,
поставленный в 1933. - Да.
- Ты странно на меня смотришь. - Да?
- Знаю, тебе это не нравится. - Да обычно я смотрю.
- Если настаиваешь. - Настаиваю.
Есть ещё предупреждения о торнадо.
- Риз. - Что?
- Ничего. - В общем, температура поднимется до 37.
Это рекорд. Плюс предупреждения о торнадо в Нью-Йорке.
Вы же знаете, тётя Би, торнадо - всего лишь способ Господа
уничтожать имущество и убивать людей.
Людям нравится слушать о стихийных бедствиях.
Мы, блядь, не прогноз погоды, понятно?
Мы не будем рисовать картинки в стиле "предсказателей торнадо".
Мы серьёзная новостная организация.
Сегодня у нас репортажи про официантку и конгрессмена...
- Мак злится на тебя? - Не так сильно, как следовало бы.
Я пришёл сказать, что ты вернул те 150 тысяч зрителей,
которые потерял, пытаясь быть выше всего этого.
Больше не будем так экспериментировать.
При 37 градусах начинаются аварии в энергосистеме.
Подожди. Подожди-ка.
Не хочу показаться параноиком,
но по-моему, жара и аварии как-то связаны.
- Будь проще. - Передавай привет маме.
Передам.
Дни посещения там - вторник и пятница.
Не нервничай.
Вчера мы вернули 150 тысяч зрителей. Большинство - женщины.
- Знаю. - Я ей говорю.
Знаешь, температура поднимется до 37.
Если ещё кто-то заговорит о сраной погоде...
Не знаешь, что ты здесь забыл?
Меня попросили сказать вам о погоде.
Тебе кажется, что кто-то в этой комнате в настроении пошутить?
Совсем не кажется.
Мы хотим, чтобы ты занялся проверкой этого источника.
Он рассказал нам о незаконном наблюдении в АНБ.
Ещё сказал, что ТМИ играет в ту же игру, что и "Новости Мира".
Боже.
У нас несколько вариантов, Джим.
В первом мы нашли сенсацию, которая может основательно перетрясти АНБ
и, возможно, заставить правительство пересмотреть Патриотический Акт.
Но часть про ТМИ, разве это...
А во втором кто-то пытается дискредитировать нас,
подставив Уилла, как Дэна Разера.
Тебе придётся сделать пару сотен запросов в рамках Закона о доступе к информации,
тебе придётся изучить всю подноготную этого человека,
но проделать это так,
чтобы в АНБ не пронюхали.
Возьмёшься?
- Да. - Это нужно сделать быстро и как надо.
- Но быстро. - Пойду составлять план.
Джим, с того дня, как ты начал здесь работать,
у меня не возникало потребности напоминать тебе о конфиденциальности,
не возникает её и сейчас.
Отлично.
- Попалась. - Боже.
- Хочешь дать интервью? - Читаешь мои мысли.
Не знаю, чего бы мне сейчас хотелось больше,
чем отвечать на вопросы бывшего.
Разве что съесть свой стол.
- Кажется, я попал к вам не в ту неделю. - Так и есть.
Я пришёл написать о том, как резко изменились Уилл и "Вечерние новости".
Оказывается, резко изменилась ты. - Слушай.
- И снова всё из-за Уилла... - Чрезвычайные обстоятельства.
Так все говорят, когда отказываются от своих принципов.
Я больше не обязана соответствовать твоим идеалам.
- Справедливо. - Спасибо.
Что особенного в этих дебатах?
Если получится, как мы хотим, пути назад не будет.
Мы навсегда изменим дебаты.
И ты опасаешься, что с низкими рейтингами вы потеряете рычаги давления?
- Да. - Этого опасаешься ты или Уилл?
Опасения Уилла - мои опасения.
Со стороны кажется, что все воображаемые друзья ушли от него
к Нэнси Грейс, и он использует дебаты как оправдание, чтобы упростить шоу.
Смелое заявление от парня, которого ещё не взяли на работу.
Он даст мне работу. Не буду притворяться, будто не знаю почему.
- А ты знаешь? - Знаю, я же не идиот, бля.
В сообщении, которое прочёл уже весь мир,
"Я изменила Уиллу", речь шла обо мне, правда?
- Да. - Ты встречалась с Уиллом, когда мы были вместе?
Если твои полуночные звонки по пьяни со словами
"Приезжай ко мне и бегом в постель" - значит "быть вместе", то да.
- Для меня значит. - Тогда да.
Ты изменяла мне с Уиллом?
Давай проясним сейчас всё яснее некуда.
Я изменяла Уиллу с тобой.
И теперь расплачиваюсь за это.
Я работаю в 10 метрах от жизни, которой могла жить,
не будь я такой дурой.
А ты смотришь на жизнь, которой мог жить,
не будь ты такой сволочью.
Как продвигается твоё интервью?
Как пишется слово "сволочь"?
Входите.
- Извините, я могу позже. - Нет, что ты хотел?
Ну... я хочу предложить одну историю.
Брайан, это Нил Сампат. Нил ведёт блог Уилла.
- Не Уилл ведёт блог Уилла? - Уилл не может найти блог Уилла.
Нил хочет стать продюсером, поэтому время от времени
он предлагает свои темы. Что у тебя?
Вы же знаете, кто такой "тролль", правда?
Крохотное существо у моста, которое загадывает
загадку прежде, чем уйти с дороги?
Их же не существует! - Я знаю.
Он говорит о других троллях.
Ты понятия не имеешь, о чём он говорит.
Я о других троллях.
Сложно было подыграть?
Тролли в интернете. Это отсылка к рыбацкому термину.
Это люди, которые заходят на форум
и пытаются подорвать беседу провокациями.
- И что с ними? - Оказалось, у них есть свои сайты.
Что-то вроде онлайн клуба. Чтобы вступить в него, нужно
предоставить им пример своего успешного троллинга,
последнего случая, когда вы взбесили кучу пользователей.
А ещё лучше - заставили администратора сайта закрыть форум.
Знаешь, а мне нравится. Уже даже не про Йети.
Запишите: в "Вечерних новостях" покажут сенсацию про Йети.
Не покажут. Не записывай это. Они поговорят с тобой?
Они не станут говорить с репортёром, но я подумал, что мог бы туда внедриться.
Тайно? А тебе не придётся сказать им, что ты кого-то потроллил?
Придётся не просто сказать, придётся потроллить.
Кого?
Ну, не хотелось бы доставать невинного человека ради сюжета,
поэтому придётся троллить кого-то из наших.
На наш сайт нельзя войти анонимно.
Нет, я имел в виду другие сайты.
- И о чём троллить? - Пока не знаю.
Возвращайся, когда узнаешь, но первый барьер ты преодолел.
Спасибо.
- Слоан. - Как у неё настроение?
Не очень, но я хотел кое-что спросить.
Как бы ты отнеслась к тому,
что ради сюжета я бы стал писать в интернете гадости
о тебе, чтобы разжечь спор о женоненавистничестве?
- Какие гадости? - Не знаю.
- Ну хоть в общих чертах. - Я правда не знаю.
- Может, что-то о твоей внешности? - Например?
- Придётся выдумать. - И что бы ты выдумал?
Это будет неправда. Что-нибудь вроде...
Что-то типа "она добилась всего через постель,
и у неё большой зад". Только это будет...
Слушай сюда, Сампат.
Это правда? - Конечно, нет.
Ладно.
- Так можно? - Нет, нельзя.
Если хочешь, можешь сказать, что я дошла до финала
местного конкурса орфографии.
Это мне не поможет.
Знаешь, многим парням нравятся девушки с большой...
Что, правда?
Забудь.
Не знаю, о чём ты, и у меня своих проблем хватает.
- Джим. - Да?
Здесь одна женщина утверждает, что у неё твиты
от Энтони Винера, и хочет поговорить с нами.
- Почему ты мне это говоришь? - Иерархия?
Тогда я передам её следующему по старшинству.
Кендра, займись девушкой Винера.
- Гэри, займись девушкой Винера. - Тэсс.
- Тамара. - Нас взяли стажёрами в один день.
Меня взяли утром. Тебя взяли после обеда. Займись девушкой Винера.
- Пожалуйста, не отдавайте мне девушку Винера. - Уважай иерархию.
Над кем я начальствую?
Мэгги.
- Мне всё ещё видно? - Пятая линия.
Здравствуйте, это Маргарет Джордан.
Я помощник продюсера "Вечерних новостей".
Хорошо, можете по буквам продиктовать?
Так, подождите.
Секунду.
Я... Конечно, у вас будет возможность.
Вы, видимо, очень хотите поделиться своей историей.
Нельзя просто так заявляться к доктору.
- А если нужна экстренная помощь? - Иди в отделение экстренной помощи.
Не бывает отделений экстренной психологической помощи.
А зря. Ты - тому доказательство.
- Нарываешься? - Ты серьёзно?
- Нет. - Ага.
Он смотрит на эту лампочку?
Проверяет её каждые пять минут?
На месте твоего психиатра,
я бы точно проверял каждые пять минут.
Эй, так нельзя.
Да ничего. Я ему нравлюсь.
- Уилл. - Извини.
- У меня пациент. - Я только на секунду.
Рад снова тебя здесь видеть, но придётся прийти на свой сеанс.
Я могу умереть к тому времени.
Появились суицидальные мысли?
- Нет. - Зачем ты так говоришь тогда?
- Чтобы привлечь внимание. - Я возвращаюсь к пациенту.
Послушай. Я 4 года платил тебе по $250 за сеанс,
так ни разу на него и не явившись.
Ты мне должен лечение на $100 тысяч.
Я прощу долг, мы будем квиты, только удели мне минуту.
Прошу прощения. Я на минуту.
Надо же, ты повёлся на деньги. Я разочарован.
Я не повёлся не деньги. Это сеанс, за который ты заплатил.
И похоже, у тебя проблемы.
- Так и есть. - Он сказал у меня, а не со мной.
А, тогда забудьте.
В чём дело?
Я плохо поступаю ради рейтингов,
я заставляю подчинённых делать то, что они не хотят,
я отчитываю их, я игнорирую невероятно важные новости,
и я обманываю доверие людей, которые меня уважают.
И всё это делаю, не моргнув и глазом.
- Это может травмировать. - Нет, меня всё это устраивает.
Дело вот в чём: "New York Magazine"
напишет статью о моей программе, и я сам выбираю автора.
Я мог выбрать любого, но выбрал бывшего Маккензи.
Ну конечно.
- С которым она тебе изменила? - Да.
- Почему? - Это я у тебя пришёл спросить.
Ты держишь руку над огнём.
В смысле?
Ты держишь руку над огнём,
ведь думаешь, что главное - не обращать внимания.
И если я это переживу, всё будет в порядке.
- Нет. - Почему?
Потому что не обращать внимания - не главное.
Главное - простить Маккензи.
Мне легче подержать руку над огнём.
Знаю.
Что ж, ты мне не помог, но спасибо. Прости за вторжение.
Знаешь, пока ты пытаешься разобраться в себе,
ты причиняешь боль Маккензи.
Я знаю.
Приходи на свой сеанс.
Да я не специально.
Мэгги.
Ага.
- Сэнди? - Да.
- Маргарет Джордан. Мы разговаривали по телефону. - Очень приятно.
- Нормально добрались? - Да.
У меня чек за такси. Кому его отдать?
Давайте мне.
Итак, вы получали сообщения от конгрессмена Винера.
И вот их распечатка.
"Мне нравятся твои новые фотки".
"У тебя отличный пресс".
Винер: "Рад, что тебе нравится. Когда я увижу тебя в купальнике?"
Сэнди: "Когда кончишь болтать и придёшь?
Или просто кончишь?". Винер: "Жду предложений".
Сэнди: "Моя дверь всегда открыта. Понимаешь?"
Винер: "Какие у тебя планы насчёт нас?"
Сэнди: "Для настроения посмотрим шоу со Стивеном Кольбером.
А как разогреемся, пойдём в книжный магазин
и заменим все книги Гленна Бека
на "Дерзость надежды". Или, если это тебе не по душе,
можем просто напиться и трахнуться".
Зачем вы это делаете?
Потому что мир должен знать, что он за человек.
Кажется, что вы участвовали добровольно.
Я не знала о других его женщинах.
- Вы знали, что он женат? - Конечно.
Я просто не знала, что у него были другие женщины.
Он обманул меня и, по-моему, мир должен знать, что он за человек.
А вы случайно не слышали о парне по имени Дилан Кейген?
Он будет моим агентом.
Сэнди... Можно называть вас "Сэнди"?
Конечно.
Сэнди, у конгрессмена будут большие проблемы.
Он сам их себе создал,
и вряд ли сможет как-то всё исправить.
Точно уверены, что хотите этого?
Думаю, людям нужно знать, какой он на самом деле.
Хорошо.
Хотите выступить в нашей программе сегодня?
В том-то и дело. Меня ждут "Аксесс Холливуд", "И-Ти" и Фокс.
Великая тройка. Без проблем.
Снимем вас заранее через пару минут.
Ой, вы меня спасли. Я надеялась это услышать.
Правда, что ли? Ждите здесь,
а я поговорю с исполнительным продюсером, и мы начнём.
Я могу здесь заказать латте без кофеина?
Нет, не можете,
но я попрошу кого-нибудь принести вам кофе.
Я оставила его на столе с левой стороны.
И да, я его подписала.
Этого я уже не знаю.
Леона!
На пару слов?
Ну так скажи, пусть покажет мне их в самолёте.
Давай не будем стоять посреди улицы.
Чарли, с этой бабочкой
ты похож на продавца воздушных шариков.
Нет, если я сяду в машину и выйду через минуту,
подумают, что мы решаем проблемы или торгуем наркотиками.
Одну минуту.
Мы будем стоять здесь, улыбаться и кивать,
делать вот так и смеяться.
Мы знаем откуда берутся эти газетные истории.
Они берутся из реальности.
Только если считать реальностью выдумку.
И их печатают в журнале, который принадлежит тебе.
Как бы это смотрелось, если бы наш новостной журнал
делал поблажки нашему главному ведущему?
ТМИ у нас уже новостной журнал?
Люди хотят знать, счастлива ли Тэйлор Свифт.
Я удовлетворяю спрос сотен тысяч... - Общество благодарно.
Что я тебе сказала вечером после выборов?
Между друзьями - я бы перестал чернить Уилла в таблоидах.
Я тебе говорила, чтобы он не нажимал на "Чайную партию",
а то придётся создать информационный фон,
который сделает его увольнение разумным шагом.
- Тебе нужно меня выслушать. - Я так не думаю.
112 Конгресс ещё по местам рассесться не успел,
а уже потащил "Чайную партию" по "Закону о помощи волонтёрам".
Конгресс, демократы и республиканцы
8 лет использовали 11 сентября как оправдание
всему - от снижения налогов до иностранного вторжения.
Вот Уилл и спросил, почему они передумали,
когда дошло до профсоюзов полицейских и пожарных.
Вы выставили их лицемерами.
Показав видео.
Комиссия по финансовым услугам, инсайдеры,
"Кейстоун XL", Джо Уолш, Аллен Вест,
Пол Райан и кого я забыла?
Ах да. Чарльз и Дэвид Кох.
Улыбайся дальше.
Мы потеряли пару важных налоговых лазеек
для перевода средств заграницу.
Федеральное агентство по связи не допускает нас к своему аукциону,
потому что им нужен полный отчёт, не обходим ли мы
антимонопольные законы.
Так о чём ты там хотел попросить?
Поверь, ты этого не хочешь.
Не хочу.
Правда не хочу.
Но я должна и я буду.
И как друг другу -
передай, что он охуенная находка для СМИ,
а судя по его рейтингам, собственный подкаст ему не светит.
Мне нужно успеть на самолёт.
Хорошего полёта.
- Если цены не вырастут... - Извини, я спешу...
- Послушай. - Слоан.
Если за полтора часа цены не вырастут,
индекс Доу потеряет где-то 2.5%,
S&P и НАСДАК закроются на отметке 2.3.
- Дай объясню почему. - У меня нет акций.
- Дай объясню почему. - Мне правда некогда...
Перестань увиливать!
Я только что разговаривала кое с кем.
Послушай цитаты. Это не слова либералов.
Это крутые парни с Уолл-Стрит, которые, что бы о них не думали,
знают, о чём говорят, как и я.
Джейми Даймон из "Чейз-банка" сказал:
"Голосование против подъёма лимита госдолга станет катастрофой".
В "Барклайс" говорят: "Эти переговоры оторваны от реальности".
В "Голдман" сказали: "Если республиканцы продолжат эти переговоры,
надеемся, они готовы подвести итог
доллару в качестве резервной валюты мира".
И они не сказали "Если республиканцы не поднимут лимит госдолга".
Они сказали "Если республиканцы продолжат эти переговоры".
Больше и не нужно. Сомнений хватит.
Поэтому Доу сегодня закроется на отметке 230.
Из-за одних лишь переговоров, одного сомнения,
одной вероятности того, что большинство в Палате может
добровольно нанести стране сильнейший урон
со времён отделения южных штатов,
уже исчезают миллиарды сбережений.
Слоан, я понимаю, богом клянусь.
Но почему нельзя сказать об этом в третьем блоке?
Не притворяйся, будто не знаешь, что большинство смотрит новости 10 минут.
Первые 10 минут. - Голосование только завтра вечером.
И это только первое голосование. Ты сама говорила, оно только для вида.
Почему обязательно сегодня об этом говорить?
Об этом нужно было говорить много недель назад.
Почему обязательно сегодня об этом говорить?
Чтобы дать людям время позвонить конгрессменам
и сказать: "Не ебите доверие
и кредит госдолга США, иначе вы уволены".
Чтобы дать людям время оборвать телефоны всех окружных офисов.
Чтобы дать людям время сказать:
"Я - финансовый консерватор,
и вы обязаны сейчас же сунуть чеку назад в гранату".
Вот почему.
Сделаю всё, что в моих силах.
Уж прошу.
Не переживай.
Она просто бесится, что не может объявить
о мировом кризисе без твоего разрешения.
Спасибо, что разъяснил.
Знаешь что, Маккензи?
Не я себя сюда пригласил.
Говори обо мне что хочешь, но я бы такого не сделал.
Вопросы у Уилла?
Тэсс сейчас даёт ему карточки.
- Освещение вам подходит? - Да.
- Как мы её подпишем? - Хотел вас спросить.
Потом разберёмся.
- Сэнди. - Да.
Меня зовут Маккензи. Я исполнительный...
Я исполнительный продюсер "Вечерних новостей".
- Вам хорошо меня слышно? - Да.
Хорошо. Спасибо за ваше терпение.
Уилл сейчас накинет пиджак, повяжет галстук,
и мы будем готовы начать.
- Не волнуйтесь. - Хорошо.
Здрасьте, большая поклонница.
Я - Сэнди.
Как поживаете?
- Мы готовы записывать? - Да.
- Начинайте отсчёт. - Уилл.
Да, я уверен, что хочу это сделать.
Боже, дай мне знак, что я не порчу нечто великое.
Тайминг icephoenix, www.addic7ed.com Редактор перевода: wishera
Переведено на движке Notabenoid Переводчики: Анна Тимонькина, vipere, Илья Белкин, Jolka, KySh и wishera специально для NewStudioTV и TrueTransLate.tv
У нас пропало электричество.
Во всём здании нет электричества.
Не знала, что Он может выбрать такой забавный момент.